Студенческие годы - меня волонтером поставили к приезжему студенту, других волонтеров не было, нет да нет, впахали меня, хотя мой английский, мягко говоря, хреновый, да и его был не лучше. Через бэ да мэ могли общаться, еле разговаривали, но элементарное вроде понимали. А он - молодой, поджарый аргентинец, да ещё и игривый, зараза. Не выдержала, в итоге переспали. В процессе было все замечательно, пока внезапно не услышала хруст. Плечо! Мне вывихнуло плечо! Я неистова закричала, аргентинец остановился «Oh! Here? », у меня паника “Но! Нот Хир! », а он игривее «Yes, here» и давай дальше долбить. У меня от шока все слова вылетели из головы. А потом как стрельнуло - СУДОРОГА! ПОД КОЛЕНОМ СВЕЛО СУДОРОГОЙ! Я брыкаюсь, ору уже не своим голосом на ломаном английском «Стап. Стап. Пейн! Пейн! », он остановился, я его скидываю и, в слезах, единственной рабочей рукой набираю друга. Из травмпункта меня забирали трое: ржущий друг, одногруппница и понурый аргентинец. Он потом ещё долго извинялся. Подумал, что тогда мне все нравилось и я хотела пожестче. Самый, мать его, незабываемый секс в жизни!