Стыдно

Пришла сдавать долг по экономике. Вижу, в коридоре стоит строгий мужчина в костюме, листает какие-то ведомости. Я решила, что это новый замдекана, про которого все говорили. Подхожу, включаю всё своё обаяние, начинаю жалобно просить: «Пожалуйста, помогите, мне очень нужно сдать этот зачёт, преподаватель меня просто уничтожит, он такой вредный!» Мужчина внимательно меня выслушал, улыбнулся и говорит: «Ну, насчёт "вредного" вы правы. Пойдёмте в аудиторию, я как раз тот самый преподаватель, который должен вас уничтожить». От стыда я была готова провалиться сквозь землю, но он оказался с чувством юмора — за мою смелость и честность поставил тройку без лишних вопросов.

Я работаю в интернете, пишу статьи, добавляю отзывы на форумах. Недавно решила в "Подслушано" отправить секрет про меня и моего любовника, а тут заходит муж и что-то он хотел посмотреть на моём планшете… Он прочитал всё, что я там написала, и устроил скандал. А мне пришлось соврать, что взяла задание написать 20 секретов для "Подслушано" и сочинила секрет про любовника. Он мне поверил в конце концов, отписался от паблика и теперь всем знакомым рассказывает, что это всё подстава. Мне стыдно, прости, "Подслушано"!

Моему сыну 14 лет. Высокий, красивый, стройный парень. Но, блин, я иногда чувствую себя хреновой мамой. Помню, как он родился… Ему тогда часто делали прививки. Он потом плакал от повышенной температуры, а я давала ему жаропонижающее в сиропе, которым он просто давился. Помню, как маленьким он иногда раздражал меня. И однажды я его толкнула — он упал и ударился носом об асфальт. Плакал и жаловался мне на царапину на носу, и я тоже с ним плакала, потому что мне было жалко его. Таскала его по сугробам в детский сад, потому что муж свалил в закат, а машины у нас нет, и живём мы далеко от остановок. А ещё я разрешила ему однажды покататься на уже сломанном самокате, и он упал и сломал себе два зуба. До сих пор не могу себе это простить. Чувство вины настолько сильное, что я выполняю любые его просьбы или требования. Работаю 24/7, чтобы купить ему всё, что он хочет. И я понимаю, что материнство — это не моё. Поэтому я больше не рожала. Но с другой стороны, он не в детском доме живёт, не бродит по ночным улицам один, потому что "мама пьёт" или "отчим выгнал". Не пьёт спиртное и не курит, я сама не пью и не курю и ему стараюсь привить здоровый образ жизни. У него вполне успешное детство и юность: отдельная комната, ноутбук и мобильный телефон, карманные деньги и вкусная еда в холодильнике. Но иногда мне кажется, что я — плохая мать.

Когда я учился в классе третьем, мама вышла замуж повторно, и мы переехали жить к её мужу в Москву. Вскоре она опять родила, и мои дед с бабулей продали всё и тоже приехали жить в Москву. Они дали мне ключи от своей квартиры и просили приходить в любое время без звонка. В один из дней я, как обычно, открыл дверь и зашёл в гостиную. Бабушка сидела, закрыв лицо руками, над стопкой счетов за коммуналку. Дед ходил по комнате, собирая серебро и сервиз. Увидев меня, бабушка встрепенулась и побежала накрывать на стол. И моя наглая морда сидела и пила чай, пожирая все конфеты. Даже маме я об этом не рассказал. Как бы хотелось вернуться сейчас обратно, отдать им всё, что есть, обнять и поддержать их.

Встречаюсь с двумя девушками одновременно. Мне очень стыдно за это, но всё получилось очень спонтанно и неожиданно. Дело в чём. После второго курса мы устроили вечеринку (отмечали "экватор"), и я решил признаться в чувствах одногруппнице, которая мне очень нравится. Она ответила взаимностью, и мы начали встречаться. Я был на седьмом небе от счастья, думал, что это начало чего-то большого и светлого. Но через пару недель на другом мероприятии я познакомился с девушкой из параллельной группы. Она была совершенно другой — яркой, дерзкой, с невероятным чувством юмора. Мы разговорились, и я почувствовал к ней сильное притяжение. Не успел оглянуться, как мы уже начали проводить время вместе, и я понял, что влюбился снова. Теперь я оказался в очень неловкой ситуации, когда мои чувства разрываются между двумя прекрасными девушками, и я совершенно не знаю, как из этого выбраться, не причинив никому боли.

Много было по молодости, по глупости совершено дурацких поступков, непростительных вещей, откровенной дичи. Потом, поняв это, я много извинялся, просил прощения и у тех, кого обидел, и у себя самого. Не помогало, червяк всё равно грыз. Но вот уже все мы в возрасте, и обиженные стали умирать. И пришло осознание, что с каждым умершим совесть затихает, червяк грызет всё меньше и меньше. Нет человека — и нет памяти о том, что было с ним из-за тебя.

Работаю в информационном агентстве. Когда происходит ДТП или пожар, радуюсь, ибо активность на наших ресурсах начинает зашкаливать. Стыдно...

У меня гиперчувствительное тело, и из-за этого я боюсь прикосновений. Я возбуждаюсь иногда только от того, как представляю (!), как до меня дотрагиваются в некоторых определённых точках, что уж говорить о том, когда это действительно происходит. И места довольно дурацкие: центр ладоней, задняя часть шеи, живот и область вокруг сосков. Все вокруг считают меня этакой неприступной-злой-ходячей-букой, потому что я как бы выстроила вокруг себя стену от прикосновений к себе. А на самом деле я просто боюсь возбудиться, стыдно ведь, и смущает…

Поехали с подругой в другой город на мероприятие. Она вошла в "сучий" образ. Стыдно было сидеть с ней в кафе, где она с брезгливостью разговаривала с официантами, людьми, на каждого прохожего мужика: "красавчик". Одета она была шикарно, бесспорно. Везде пафос. В такси эконом-класса — осудила водителя, мол, 34 года, а ездишь на "Шкоде". Смешно и грустно, ведь приехали мы на автобусе из села городского типа.

Умерли свёкры оба внезапно, один за другим ушли с интервалом в месяц. Стыдно признаться, но испытываю чувство облегчения и радости и ни грамма грусти. Ощущение, что сняли кандалы, так как их было очень много в нашей жизни. Ни одно решение муж не принимал, не посоветовавшись с ними. Сколько раз хотела развестись из-за его родителей. И вот она, долгожданная свобода. Мужа только очень жалко, надеюсь, справится с утратой, очень сильно был привязан.

Однажды в Испании сидели с мужем на пляже на полотенцах, и рядом с нами загорала парочка на лежаках. Она — красивая, эффектная блондинка, а он — толстый, волосатый, противный дед! Разговаривали они не по-русски, ну и мы начали их обсуждать между собой, то, что как так можно, спит за деньги и всё в таком духе! Вот было наше удивление, когда они уже уходили, и блондинка повернулась, улыбнулась и сказала по-русски: "Всего хорошего, и можете лечь на наши лежаки, они уже оплачены!" — и ушла! А мы остались сгорать от стыда!

Накопила долги. Не огромные, но как две моих зарплаты за месяц, и стыдно признаться маме и брату, потому что самой мне с этим не справиться. Причём конкретной причины нет: я не алкоголик, не страдаю ни лудоманией, ни наркоманией, просто не умею считать свои деньги: с зарплаты тратила как не в себя, а потом чуть что — одалживала, причём не у знакомых и семьи (стыдно признаться им, что денег не хватает), а в банке. Оформила рассрочку, потом овердрафт, и так накопилось. Дошло до того, что приходилось с кредита гасить кредит, чтобы удержаться на плаву, но, естественно, долго это не может длиться, и теперь я на пороге выплаты долга, который сам по себе небольшой (две моих зарплаты), но выплатить его нужно единовременно, и у меня нет таких денег. Тяжело прийти к семье с повинной. Я же старшая, должна быть примером. А в итоге я неудачница, которая погрязла в долгах. В общем, стыдно.

Один из самых неловких моментов в моей жизни произошёл в туалете одного кафе. Там был слабый замок, и один мужчина лет 55, настойчиво сотрясая зачем-то запертую дверь, наконец открыл её и увидел меня со спущенными штанами. Вместо того, чтобы извиниться и уйти, он пять секунд смотрел мне туда, затем покраснел как рак и убежал. А у меня с тех пор паранойя — в общественных туалетах всё время жду чьего-то визита.

Муж работает в школе — не учитель, но всё же. Попал по знакомству и как-то закрепился, пошел вверх по карьере. Получает не с гулькин нос, оплачивает нам квартиру, умеет всё сделать из мужской работы по дому, не требует моих денег и т. п. Но мне стыдно, что он работает в бабской среде. Плюс он не водит и не хочет машину — разве это по-мужски? Я же работаю администратором в автосалоне, тут одни мужики, для которых машина в приоритете. Из-за этого ощущаю, будто мой муж какой-то немужественный.

Необоснованно стыдно перед сестрой. Я покупаю себе сапоги за 30 тысяч, она занимает у мамы три тысячи на одежду ребенку до зарплаты мужа, который у нее то курьер, то таксист, то кладовщик, то безработный. Сама она не работает. Образования ни у нее, ни у мужа нет: оба поженились на первом курсе из-за беременности сестры и бросили учебу. Ребенку уже 10 лет, скоро 11, до сих пор никуда не поступили и ничего не окончили. Живут в регионе в старом доме без удобств, работы мало, конкуренция бешеная, все организации требуют вышку или хотя бы колледж. Разнорабочим платят мало, пособия — копейки. А я учебу закончила в Питере, тут же и живу, зарабатываю очень хорошо. Помогаю им периодически, племяннику подарочки дарю и деньги на праздники шлю, хотя любви к нему ноль — абсолютно невоспитанный, бешеный мальчик с задержкой развития и агрессией ко всему живому. Обеспечивать их не собираюсь, понимаю, что сестра в своих бедах сама виновата, моя щедрость проявляет себя даже не раз в месяц. Но почему-то, когда я покупаю что-то дорогое, то думаю о сестре: о том, как ей плохо и что она на деньги, на которые я купила сумку, два месяца бы жила. Становится стыдно. Но я все равно покупаю сумку и отправляю сестре тысячу. И так по кругу уже 11 лет. Достало, не знаю, как от этого избавиться.

Ехала в маршрутке из универа, сидела на самых дальних местах. В маршрутку зашёл мой бывший со своей новой девушкой, он меня не увидел. Когда мне уже нужно было выходить, я решила гордо мимо них пройти. Но я встала, уронила перчатку, поднимая её, поскользнулась на ней же, потом на выходе ударилась головой, потому что там очень низкий потолок. И всё это у них на глазах. Его выражение лица в тот момент не передать. Никогда не забуду этот позор.

Мне очень стыдно. Я тогда была дурой без мозгов. Десять лет назад жутко завидовала своей сестре. Она на тот момент только начала встречаться с парнем, и я даже подумать не могла, что он станет её мужем. Как-то встретила его, слово за слово — и оказались у него дома. Я провела с ним ночь. Каждый раз, когда вижу его, эта картина стоит перед глазами. Больше жизни боюсь, что сестра узнает.

Всегда была маленькой и хрупкой. В четвёртом классе играли в "выбивалы", я кинула мячик в одного мальчика и неизвестно каким образом сломала ему руку. Он обещал отомстить. Позже ему сняли гипс, и недели через две мы играли в догонялки. Мы бежали рядом, я его толкнула, он упал и сломал ногу. После этого мы не общались. До сих пор стыдно.

Безумно стыдно за то, что в девяностые я практически лишь за еду (преимущественно в виде всяких бесполезных вкусняшек типа сникерсов, чипсов, газировок и палёного "Амаретто") склонил к сексу свою бывшую одноклассницу. До развала СССР, случившегося сразу по окончании нами школы, она была симпатичной, опрятной, горделивой и в общем достойной девчонкой, которая в мою сторону даже не глядела. Что меня, собственно, тогда сильно задевало, хотя я вполне осознавал, что её совершенно не достоин. Мы оба из семей простых пролетариев, но в "лихие годы" моим родителям повезло сохранить работу и по тем временам вполне приличный заработок. Да и я, вернувшись из армии, по родительской протекции сразу устроился на тот же завод, чтобы на их шеях не сидеть. А её родители работу потеряли из-за банкротства и ликвидации их предприятия. Отец её, отправившись куда-то на заработки, бесследно исчез, что в ту пору было обычнейшим делом. Девчонка, всеми силами пытавшаяся удержаться за учёбу в институте, вроде как старалась жить честно и достойно, но банальное безденежье её, видимо, доконало. А я этим нагло (по "тогдашним" своим глупым понятиям — вполне честно) воспользовался. Она мне нравилась, но я не пробовал надолго сойтись, а то и вовсе жениться, потому что, во-первых, уже наслышался тогда о ней слухов, что стала "дешёвой давалкой", которые для меня отчасти подтвердились тем единственным с нею "платным свиданием". А во-вторых, несмотря на то, что получил от неё сполна всё, чего хотел, видел и чувствовал, как ей глубоко противен. Сейчас же, всякий раз об этом вспоминая, противен себе сам. Ныне нам обоим уже ближе к шестидесяти, и время отложило свой отпечаток на внешность. Связь с бывшими знакомыми ровесниками давно утеряна, а многих уже и на свете нет. Но почему-то именно её я изредка встречаю в магазинах или на улицах, при этом усиленно делая вид, что не помню или не узнаю. Вижу, что она поступает точно так же. Она, разумеется, выбралась из нищеты и, судя по её одеяниям, количеству и составу продуктов, подсмотренных мною однажды в её магазинной тележке, является вполне благополучной женой, мамой, если уже не бабушкой. Я тоже давно семейный человек, у меня почти взрослые сыновья, никогда ни в чём не знавшие нужды, хотя мне это временами тяжело доставалось. Но стыдно и боязно представлять, если б у меня была дочь и она оказалась в подобной ситуации.

В детстве лежал в больнице и помню только два эпизода. Первый: у меня маленький сосед, а у него крутой робот и куча сладостей. Я очень ему завидую и ворую у него сладкую палочку. Второй: этот малыш сидит со своей мамой в полутьме палаты и тихонько, но горько-горько плачет, и видно, что у мамы нет для него утешения. Чем он болел и почему так страдал, я так и не узнал, но это чудовищное чувство дикого стыда и безысходности не могу забыть до сих пор. И да, воровать после этого случая я перестал навсегда.

Раньше, зачуяв запах пота от человека, всегда противился, а если на работе — то всем говорил про это: что такой вот «вонючка», «фу-фууу»... Теперь живу в плохих условиях, и в душ сходить — как в средневековье, по праздникам великим. Стал понимать, и стыдно так теперь.

Сегодня всё было вроде нормально. Ничего не предвещало беды, и вдруг какая-то мелочь спровоцировала истерику. Я даже не поняла, в какой момент меня «понесло». В результате я разбила телефон своего сына, обвинив его в своём нестабильном психическом состоянии. Хотя он-то вообще ни при чём был, и телефон его тоже. Просто он его держит под паролем, а мне нужно было что-то в интернете посмотреть с его телефона. Пиздец, короче, телефону. Хорошо, что у меня своих два, и один я ему отдала тут же. Он без сим-карты, без дела лежал, запасной. Но на этот телефон я запретила ставить пароль. А сама думаю: где мне взять деньги на ремонт его телефона? Так как у меня сейчас финансовые сложности. То, что у меня при этом два телефона — это не от хорошей жизни. Одному восемь лет уже, еле-еле живой, а второй мне свекровь отдала, когда себе новый купила. Теперь перед сыном стыдно! Полтора года без отпуска. Долги накопились. Злость на мужа за его косяки. На работе обстановка всё хуже и хуже. Я так заебалась! Я понимаю, что надо что-то делать. А что делать — понять не могу. Только если в психушку лечь, отдохнуть…

При общении с новыми людьми стыдно говорить, что я живу в двухэтажном доме за городом и невероятно счастлива в браке. Эти два факта могут испортить любое приятное знакомство и свести на нет наметившуюся дружбу. Люди сразу как-то теряют интерес, начинают меня сторониться. Почему…

Уронила своего младенца. Потому что руки-крюки — посадила в автокресло и подняла, а ручка не была зафиксирована, ребёнок не был пристёгнут, вылетел и приземлился на пол лицом. Ребёнок орал, вызвала скорую, врачи всё проверили — ничего не сломано, реакции нормальные. Всем сказала, малыш упал сам — признаться стыдно. Никак не успокоюсь и всё плачу, хотя малыш снова улыбается, гулит и играет. Перед глазами картина, как моё сокровище лежит на полу. Бедное моё дитятко…

Хочу поведать вам о своём позоре, даже сейчас стыдно. Когда мы с мужем только поженились, жили с его родителями, а у них — свой дом. Я была беременна, и мне ночью захотелось в туалет. Так как туалет был на улице, я пошла писать в ведро. Когда я сделала свои дела, я случайно "дунула" в пустое железное ведро. Это были звуки ада, было очень стыдно. Но утром было хуже, когда свёкор всем рассказывал, что он чуть с кровати не упал. Большего позора я не испытывала.