Я росла в семье, где отец пил. Не просто иногда выпивал, а уходил в запои. Мама это прекрасно видела, но вела себя так, будто ничего не происходит. Утром уходила на работу, вечером возвращалась, делала какие-то бытовые вещи и старалась не замечать, что дома творится. Потом вообще устроилась работать вахтой, чтобы бывать дома как можно реже. И я осталась одна с отцом-алкоголиком. Я довольно рано поняла, что, если за ним никто не будет следить, он просто сдохнет. Поэтому следила я. Когда он приходил пьяный и падал где попало, я тащила его на диван, иногда просто подкладывала что-нибудь под голову. Я переворачивала его на бок, когда он спал, чтобы не захлебнулся рвотными массами. Убирала за ним, собирала бутылки и прятала их, чтобы он хотя бы на время остановился. Иногда приходилось закрывать его дома, чтобы он не ушёл за новой порцией. Он мог лежать целый день, а я ходила вокруг него и прислушивалась — дышит или нет. Если начинал стонать или кашлять, я подходила и смотрела, всё ли с ним нормально. Учёба в эту картину как-то не очень помещалась. Мне было не до уроков. Нужно было следить, чтобы дома ничего не загорелось, чтобы он не упал и не разбил голову, чтобы просто пережить очередной вечер. Школу я в итоге дотянула еле-еле. Не потому, что глупая, а потому, что сил на неё уже не оставалось. По сути, у меня просто украли детство. Пока другие дети гуляли, ссорились с родителями из-за уроков и думали, какой мультик посмотреть, я следила, чтобы взрослый мужик не умер у меня на глазах. А сейчас мама искренне не понимает, почему я держу дистанцию. Почему я не тянусь к ней, не делюсь жизнью, не звоню просто поболтать.