Спалила переписку мужа с нейросетью. Длиннющая ветка нытья о том, как он пашет ради семьи, а никто этого не ценит, и жена (я есмь) вообще берега не видит, и дочь такая же растёт, и не понимаем мы, что без него — никто и никому не нужны, а он-то вообще мог бы выгнать нас из своей квартиры и забыть, да не сделает этого, хоть и хочется очень, потому что любит и вообще человек хороший. И нейросеть ещё: “Да, спасибо за честные мысли, они не делают тебя плохим”. Боже. Читала и сгорала от испанского стыда. “Пахарь” этот бегает с работы на работу, потому что в своё время из-за своих “принципов” просрал нормальное трудоустройство, и теперь набирает на одну нормальную зарплату только с двух работ. И да, я тоже работаю, но, как он вещает бедной нейросети, “не по-настоящему” — на удалёнке. Квартира, из которой он мечтает нас выгнать, даже не его, а его отца, который, так-то, мировой мужик и, прочитай это, воспитывал бы этого альфача до кровавых соплей. Да и хотела бы я, конечно, посмотреть, как альфач будет нас выгонять — несколько лет назад он не мог выгнать из квартиры даже соседку, которая в три часа ночи приперлась узнавать, чего это наш младенец орёт, когда ей завтра на работу. А он мало того, что впустил дуру, так ещё и стоял, оправдывался. Выгоняльщик, простихосподи. То, что буду разводиться, я уже тогда начала понимать, так что к этим влажным фантазиям мамкиного доминатора отношусь спокойно, хоть и с изрядной долей кринжа. Но торопиться мне некуда — тут удобнее, пока почва готовится.