Я родилась в очень обеспеченной семье: отец был криминальным авторитетом, а мать — первой красавицей в городе. Несмотря на все блага, воспитывала меня бабушка, потому что родителям было не до меня. Потом отца убили «друзья» по бизнесу, и мать осталась одна с наследством из трёх квартир и кучей золотых украшений. Меня она не забирала жить к себе, приезжала изредка и давала денег бабушке. Знали мы лишь то, что она меняет молодых любовников. Жила я с бабулей до 20 лет, потом уехала в Новосибирск работать, но бабушка мне всё равно помогала до самой своей смерти. Завещания она не оставила (или просто его специально не нашли), и бабушкин дом достался матери. Я думала, мне мать поможет с квартирой в городе или, быть может, подарит одну из своих, но она сказала, что я должна уметь сама крутиться в жизни и сама на всё заработать. Вот мать вышла удачно замуж и теперь живёт безбедно — мне надо так же. Больше мы с ней не общались, хотя я пыталась хотя бы просто иногда видеться, но ей это не надо.  Несколько лет назад я отмечала Новый год у друзей на Байкале, там в ресторане познакомилась с китайским туристом. Весь его отпуск мы провели вместе: он говорил и по-русски, и по-английски, было с ним легко и весело. Он улетел домой, а через месяц вернулся и позвал замуж. Я согласилась, но поставила условие — сначала год пожить вместе. Он переехал ко мне и работал удалённо. Потом мы поженились, и я переехала к нему в Шанхай. Когда рассказала матери о свадьбе, она только посмеялась, что я вышла замуж за китайца и дети у нас будут страшные. После этого я её заблокировала и забыла о её существовании.  У меня всё хорошо, у нас с мужем двое детей, мы сейчас живём в Тае. Ожидаемо меня начала атаковать мать — хз где достала мои контакты. Просила забрать к себе, она хочет жить у моря, а то уже часто болеет и ей тяжело. Квартиры она свои прохерила и живёт сейчас в доме моей бабушки. Я сначала хотела ей всё высказать за все свои обиды, поставить на место, но поняла, что до неё не дойдёт. Я просто положила трубку и отправила её в блок. Она даже не знает, что теперь бабушка. Мне её жаль, но больше жаль себя — за то, что у меня по факту никогда и не было настоящей матери.