Мир тесен. Узнала, что знакомая до слёз страдает по парню, который изводит её придирками ко всему: что не девочка в двадцать три года, что внешне не безупречная модель, готовит не как в ресторане. Строит из себя чёрт-те что, как будто он наследник британских пэров. А я вспоминаю, как в школе он был главным чмошником: слабак, трус, из нищей семьи. Хулиганы его били и унижали просто потому, что могли. Не оправдываю буллинг — мы с мамой его даже укрывали, она в библиотеке работала. Но вот сейчас думаю: зря!

Есть подруга, у неё мама умерла, когда ей было 14. Сейчас нам по 31, но травма у неё сидит до сих пор. Она «дружит» с женщинами старше, некоторым и под 60. И постоянно говорит о том, что она их очень любит, и почему-то они к ней так не относятся. Самая жесть была в школе, когда она привязалась к соседкам, учителям, постоянно приходила к ним в гости и рыдала, когда в какой-то момент ей говорили, что её много и не стоит так делать. Хочется ей помочь, но от психолога она отказывается.

У меня совсем нет опыта отношений. Росла в строгой семье, отец с большим прибабахом: мог и из дома выгнать. Либо учиться, либо замуж — третьего не дано. В школе и на первых курсах заводить парней было себе дороже. Дело ограничилось переписками и парой поцелуев ещё в старших классах. Потом началась тяжёлая учёба, после второго курса ещё и работа. Получилось съехать от родителей, но времени на отношения не было. Парни знакомились, но либо я была слишком загружена, либо им просто хотелось секса, и они быстрее находили его с другими девушками. В двадцать шесть лет я поняла: если я хочу однажды семью, то пора начинать хотя бы знакомиться. Попросила друга просто для тренировки сводить меня на свидание, ведь я ни на одном в жизни не была. Прошёл год — мы женаты, я беременна. Первое моё настоящее свидание в жизни, похоже, стало и последним.

В комментах «Подслушано» познакомилась с парнем. Он писал, что живёт в быдло-городке, общаться там не с кем. Парни — гопники, девушки — шлюхи, без денег или умения быть крутым тебя никто не воспринимает. Стало жалко, поддержала. Завертелось, закрутилось. Перетащила его в Москву. Сама нашла ему работу в школе (он не понимает, как на прошлую его устроили после вуза), содержала, пока он обновлял технику и одежду. По вечерам слушала нытьё. Познакомила со своими друзьями — прекрасными людьми. Осенью этот идиот «прогулял» тест на ковид, который в школу нужен был обязательно. Три недели врал всем вокруг, в итоге его уволили. Хоть не по статье, но найти новую работу было бы сложно. Он решил даже не пытался и сел у меня на шее. Купил в кредит обучение на бизнес-аналитика. Пять месяцев учился, финальные экзамены сдать не смог. После второй попытки психанул и перестал выходить на связь со школой. С моими друзьями он за это время тоже разругался и начал мне запрещать общаться с этими ужасными, плохо на меня влияющими людьми. И вот до меня дошло, что впервые за годы я провела длинные выходные дома на диване. Нет ни друзей, ни денег, ни моральных сил после всего этого выноса мозга. Дала время до конца недели, чтобы или нашёл работу, или съехал обратно в свою жопу мира. Урок на будущее — больше никаких несчастненьких спасать не буду.

В школе мечтал о бультерьере — очень классные собаки. Мать, конечно, послала. Мол, хрущёвка, денег нет и вообще: «Ты сам дитё, куда тебе ответственность, не справишься и бросишь на меня, вырастешь — потом заводи». И я бы даже понял и принял аргументы, вот только она вдруг родила и скинула сестру на меня. Видимо, для человека надо меньше, чем для собаки... Растил как мог, к счастью, сестра простила, если чего и недодал. Сейчас мне 30, у меня есть любимый буль — жена с сестрой и подарили. А с матерью не общаемся.

Мой пёс ненавидит других животных, к сожалению, но на улице всегда поводок и намордник, так что проблем не создаём. И вот свекровь, зная особенности породы, берёт и без предупреждения дарит на юбилей щенка таксы. Мол, муж сам попросил. Он в афиге, щенка просил ещё в школе… Я в слезах с мелким полдня сидела на балконе, искала ответственные руки, пока мой пёс бился в двери. Щенок ещё и с Авито — в питомник не вернуть. Еле нашла передержку. Праздник испорчен. А свекровь наорала, что я капризная стерва.

Первый и единственный раз, когда я физически наказала свою дочь, случился, когда ей было восемь лет. Я работала гардеробщицей в театре, и дочь иногда бывала у меня. Сидела спокойно в уголке, делала уроки, а после вечернего спектакля мы вместе ехали домой. Однажды я отошла в туалет, возвращаюсь, а дочь шарит по чужим пакетам, из некоторых уже вытащила обувь. Я, не слишком соображая, что делаю, подлетела к ней и со всего размаха влепила затрещину. Она заплакала, стала оправдываться, что просто посмотреть хотела, но только заработала ещё одну оплеуху за враньё. Она заплакала ещё сильнее и созналась, что хотела пошутить, как они в школе шутят — поменять местами обувь. Я заставила её положить всю обувь на места и на целую неделю лишила гаджетов и прогулок. Немного остыв, я поговорила с ней и объяснила, что она поступила очень гадко, меня могли уволить за её проделки. И вроде дочь всё поняла, но ещё долго вся сжималась и дёргалась, когда я рядом с ней просто делала какой-то жест рукой. После этого я дала себе слово никогда больше не поднимать на дочь руку, чего бы она ни натворила. Не хочу, чтобы она боялась меня так же, как я боялась своих родителей.

Вела онлайн-групповой урок в языковой школе. Студентка на тему домашних животных рассказала, что завела котенка: он везде писал, и она его выпустила на улицу. Он убежал, и, мол, она рада была, что избавилась от него. Группа посмеялась. Для меня, конечно, это дико, но мы продолжили занятие. В конце урока моя кошка подошла к рабочему столу и сильно мяукала, что было слышно студентам. И я сказала кошке при группе: «Тише, радуйся, что ты не у Марии, а то выбросили бы тебя…». Ученица пожаловалась, мне — выговор.

В детстве мама иногда вела себя так, что я вообще не понимала, что происходит. Стоило мне отказаться что-то делать (надеть, что скажет, поесть, пойти куда-то), она сразу брала телефон и спокойно говорила: «Ну всё, сейчас вызову скорую». Я почему-то этого ужасно боялась, хотя скорую ко мне никогда не вызывали. Она шла с телефоном в туалет, закрывалась, а я стояла под дверью, стучала, дёргала ручку и ревела: «Мама, не надо!» Помню, как у меня руки тряслись и в груди всё колотилось. Она сидела там минут десять молча. Потом выходила как ни в чём не бывало, шла на кухню, могла чай налить. Я спрашивала: «Ты вызвала?» Она делала круглые глаза и говорила, что ничего не было и никого вызывать она не собиралась. Так было не один раз. Каждый раз я в это верила и каждый раз паниковала одинаково. Потом долго не могла успокоиться, лежала ночью и прислушивалась к каждому звуку. Со сном у меня тогда были постоянные проблемы, и панические атаки начались ещё в школе — это и неудивительно с такими методами воспитания.

Я работаю в обычной средней школе в городе. И я очень устала. Но нет, не от детей или уроков, а от того, что на учителях все ездят. Я единственная во всём коллективе, кто борется с руководством, причём борется абсолютно оправданно! Я отказываюсь от того, чтобы бесплатно сопровождать детей на какие-то мероприятия после уроков, отказываюсь бесплатно дежурить на дискотеках, когда о дежурствах объявляют накануне вечером, потому что не собираюсь вести уроки до 16:00, а потом с 6 до 8 вечера пасти старшеклассников, которые курят в туалетах. Я отказываюсь ремонтировать кабинет за свой счёт, и убирать я его тоже не должна — для этого есть уборщицы. Но большинство учителей у нас боятся лишний раз что-то сказать поперёк. Поэтому вечно куда-то возят детей, кто-то на такси за свой счёт даже. Несколько учителей сами красили стены в кабинете, одна чинила стулья, ещё одна меняла фурнитуру на окнах. У нас есть две уборщицы, но одна убирает исключительно кабинет директора и завуча, а другая не справляется со всей школой, моет только кабинеты «приближённых». Остальные учителя после уроков берут тряпки и моют полы сами! Директор лично ходит проверять чистоту и ругает тех, кто плохо убрался. Этот же директор утверждает, что у нас всех рабочий день с 8 до 17, и до этого времени она может давать нам любые административные задания, хотя это не так. Не должен учитель, у которого, например, три урока с 8 до 11, сидеть в школе до 17. Но директор с завучем раздают задания таким учителям, например, потаскать книги в библиотеку, заменить болеющих учителей, вбить какие-то данные в таблицы и отчёты, проверить чужие контрольные по ключам. И все учителя подчиняются! Ворчат, ноют, жалуются, вздыхают, кто-то даже плачет, но делают! Я единственная, кто высказывается против такой тупой эксплуатации, привожу как аргументы трудовой договор и нормативные документы. Меня в целом не трогают уже, но отношения с руководством испорчены, да и коллеги говорят, что я только злю начальство и всё равно ничего не добьюсь. Услышала уже, что на следующий год мне будут делать специально максимально неудобное расписание и отберут кабинет, который за мной закреплён. Я уже понимаю, что доработаю год и уйду. Напоследок, конечно, напишу в трудовую, приложу все доказательства, диктофонные записи, сообщения, копии нелепых приказов. И в прокуратуру напишу, так как есть в нашей школе незаконные поборы и ещё пара моментов, которые могут заинтересовать. И в Министерство образования есть что сообщить. Пусть школу и руководство потрясут как следует. А мне обидно, потому что школа удобно расположена, в целом мне нравится вести уроки, с детьми хорошие отношения, со всем справляюсь. И ещё больше обидно за других учителей, которые трясутся за это место работы, как будто других нет. Там даже зарплата не такая большая, чтобы было из-за чего переживать. У меня есть репетиторство, плюс я не боюсь остаться без работы, так как много где работала — от продавца-консультанта до помощника руководителя, я не пропаду, плюс есть ещё подспорье в виде квартиры, которую я сдаю, это дополнительный доход, который мне не даст протянуть ноги. У других, наверное, не так, я не знаю. Но как же нужно себя не уважать, чтобы работать в таких нечеловеческих условиях и бояться эти условия потерять…

Завидую своей лучшей подруге. Мы дружим со школы, обе жили в примерно одинаковых условиях, пока к 9 классу её отец не разбогател — внезапно попёр бизнес и очень успешно. Когда-то её отец трудился в автобусном парке, потом открыл свой сервис. Мой отец тоже был водителем, потом ушёл личным водителем какого-то бизнесмена, тот отца обманул, обанкротился и не заплатил, отец перебирался с одной работы на другую. Мать подруги работала поваром и посудомойкой в школе, а потом села дома, потому что появилось много денег, и она позволила себе не работать. Стала покупать дорогие наряды и так далее. Подругу, к её чести, не испортили деньги вообще, хотя подростку они могли снести крышу. У неё первой появился плеер, она первая из нашего класса поехала за границу, они переехали из однушки в свой дом, но подруга ходила в ту же школу. Поступила в наш университет, на один факультет со мной, но в разные группы. Мы всё равно общались. У неё уже была машина к 18 годам, своя квартира. И сейчас, когда нам по 36, мы дружим. Она помогала мне, когда тяжело заболела мама, — просто дала большую сумму на операцию и платную палату, столько я бы и за год не заработала. Дала без возврата, не в долг. Дарила мне билеты за границу, чтобы я с ней поехала. Она удачно вышла замуж, у них с мужем огромная квартира, многое себе позволяют. Муж у неё программист, неплохо зарабатывает, а отец по-прежнему помогает ей, хотя она сама дважды мама. Мой муж — инженер, зарабатывает нормально, но всё уходит на ипотеку, взяли авто в кредит. Все деньги под запись, мы даже лишний раз не покупаем сладости, не ходим в кафе. Есть ребёнок, для него тоже всё рассчитано. С подругой дружим, но уже не сказать, что близко, всё-таки свои жизни. Но я, приходя к ней в гости, всё равно думаю: почему не мой отец поднялся, почему я всё делала сама, всегда сама, каждую копейку в жизни отработала, а ей так повезло?..

Во многом инфантильность и невротичность нынешних детей обусловлена детоцентрическим отношением. Я родилась в 90-е, тогда думали о том, как ребёнка вовремя накормить, а не какой подарить айфон и в какой вуз пристроить. День рождения отмечали тортом, за пятёрки давали 100 рублей. Когда плохо себя вела, мне прилетало ремнём, если не уважала старших — получала затрещину, уступала места, таскала сумки. В школе завоëвывала авторитет, сама поступала в вуз на бюджет и работала по выходным. А что сейчас? Кругом дети-инфантилы.

Меня лупили в детстве за любую провинность, шалость, за любую мелочь. Били ремнём, шлангом от старой стиральной машинки, советским роликовым массажёром или куском каната какого-то, который отец принёс. Били отец и мать на пару. У меня было заикание в детстве, я до крови грызла ногти, у меня был нервный тик, и я могла от страха обмочиться. И всем было всё равно! Соседям, которые слышали мои крики, родным бабке с дедом, воспитателям в детском саду, когда я приходила в синяках, участковому врачу, когда я приходила на прививки или когда заболевала. В школе было пофигу всем учителям. И только когда в 6-м классе пришла новая классная руководительница, она забила тревогу. И то не с первого раза получилось. А когда от нас ушла опека, которую вызывала учительница, родители избили меня так, что я стоять не могла. На следующий день приехала милиция, потому что я не пришла в школу и учительница снова забила тревогу. Меня забрали в детский дом. Учительница навещала меня, по договорённости забирала на выходные, водила к невропатологу. Родителей лишили прав. Моим опекуном стала учительница. Она меня спасла и, по сути, сделала нормальным человеком. Она — моя мама, самая родная и любимая. С родителями я не общаюсь, последний раз видела их больше восьми лет назад. Прикол в том, что они непьющие, оба с высшим образованием, театралы, музыканты, эстеты. Жуть.

Брат потерял работу по собственной глупости. Дала ему в долг деньги, потому что у них с женой ипотека, она в декрете, денег лишних нет. А надо платёж перевести, надо покупать продукты, новую работу сразу не найти. И что я вижу? Брат купил жене на день рождения новенький телефон почти за сотку! У них платёж по ипотеке 46 тысяч, я дала 120 тысяч. По итогу платёж просрочен, из банка звонили, брат ноет, что денег нет. Я в шоке, потому что сама работаю в школе, и деньги мне даются очень тяжело. Куча уроков, плюс репетиторство без конца. Брат ныл, что денег нет, я сжалилась. А в итоге на мои с трудом заработанные деньги его жена с новеньким телефоном. Брат говорит, что обещал ей давно, что жалко, что она в декрете, никуда не ходит. А вообще-то могла бы работать, потому что ребёнок ходит в частный садик — ему без пары месяцев три года. Пока малыш в садике, она могла бы подрабатывать где-нибудь, но сидит дома перед турецкими сериалами и фотографиями чужой красивой жизни. Брат не хочет идти работать в такси или курьером хотя бы на несколько недель, пока ищет что-то по специальности. На мой вопрос, когда он вернёт долг, говорит: «Как только, так сразу», — удивляется моим обидам, говорит, что его дело, на что потратить деньги, вернуть обещал — вернёт, когда будет возможность. Взял в долг у папы, друзей. Родители сжалились и подкинули денег из своей заначки, которую откладывали на дачный домик. А уже идёт второй месяц просрочки платежа, второй месяц, как брат ищет работу, но никакого результата нет — и никого это не волнует.

Муж зарабатывает больше меня почти в три раза, живём при среднем доходе. Конечно, на ремонт квартиры и отдых не хватает, но и не впроголодь. Его мама одинока и работает в школе, зарплата совсем никакая, хочет уходить. Лет 5 назад она купила квартиру, а сейчас ей нужны деньги на ремонт. Муж решил ей отдавать половину своей зарплаты. Вроде и хочется помочь, вроде сын должен помогать, но как-то тоже надо на ноги вставать. Мужу не знаю, как намекнуть, да и не поймёт — тот ещё «маменькин сынок».

Мой брат — социопат. С подросткового возраста был диагноз. Когда ему было 16, мы всей семьёй переехали. Все карты с диагнозами остались на малой родине и, скорее всего, уже уничтожены. Сейчас он не состоит на учёте, и официально диагноза у него нет. Его жена пропала четыре года назад; мы надеемся, что она сбежала. Сейчас он один воспитывает сына. С нами не общается, к жене и племяннику никогда не подпускал ни меня, ни родителей. Мы давно отчаялись, потому что ничем не можем помочь, и стараемся просто забыть. Никому о нём не рассказываем, между собой стараемся упоминать как можно реже. У папы получается. Но я знаю, что мама ходит к школе просто чтобы через забор посмотреть на внука, убедиться, что он в порядке. А я часами смотрю на страницы племянника в соцсетях, надеюсь, что он подрастёт и тоже сбежит, но не решаюсь написать. Он, скорее всего, даже не знает, что у него есть тётя, бабушка и дедушка. А я слишком боюсь брата, чтобы так рисковать.

Скорее всего, меня честно можно назвать подлым. С детства занимался муай-таем. В подростковом возрасте ввязался в драку, сильно избив сверстника, после чего меня отчитывали в полиции. Я исправил тактику: в лагере нассал в компот парню, который меня выводил на драку, он не понял, а мне стало легче. В школе плевал в стакан агрессору, каждый раз после очередного рецидива. В универе я записал диалог на телефон и дал себя ударить, а затем написал заявление в полицию. Дерусь только на ринге.

Моя мама — хороший человек, и в целом она была неплохим родителем, которая многое мне дала. Но есть одно но: с детства она мне внушала, что я некрасива. Её коронная фраза: «Не родись красивой, а родись умной. Тебе, Анечка, повезло, что ты умная». Я была отличницей, так что мамина теория выглядела железобетонно. Я даже приняла это как часть своей личности: да, я некрасивая… зато умная. Правда, теория пошатнулась, когда в 14 лет меня выбрали на конкурс красоты и я его выиграла. Тогда мама сказала, что школьные конкурсы красоты — это не про внешность, а про внутреннюю красоту, так что я полностью заслужила первое место. Приблизительно в то же время за мной стал ухаживать самый популярный мальчик в школе, но я была уверена, что это «на спор», поэтому отшила его, хотя он мне очень нравился. Проблемы начались на первом курсе универа — мама уже несколько лет мне внушала, что я полная, при моих 50 кг: «Это даже хорошо, Анечка. Так тебя полюбят не за тело, а за твоё доброе сердце!» Но в 18 лет всё-таки хочется быть красивой и желанной. На фоне этого началось РПП: за год набрала и снова сбросила 10 кг. Потом начала спать со всеми подряд, искренне удивляясь, что меня кто-то хочет. Заработала нехорошую славу и дикую депрессию. Хорошо, что я встретила своего нынешнего мужа — он смог мне внушить, что я красива и достойна любви. С его же подачи я начала работать с психологом и восстанавливать свою самооценку. Сейчас мне 30, и я объективно красива и чувствую себя таковой. Смотрю на свои фото десятилетней давности и вижу молоденькую красивую девушку. Почему я раньше этого не замечала? Столько лет страдала зря.

Однажды вышла я на улицу, завела машину, вдруг слышу жалобный писк. Заглядываю — а под машиной котёнок-подросток. Нескладный, тощий, жалкий. Я опаздывала, но деваться некуда — взяла его с собой. Работаю в школе, посадила его в коробку, он сидел под моим столом, радовал детей своим мяуканьем. После работы повезла его к ветеринару. Ничего страшного: истощён, глисты и блохи, а в остальном всё хорошо. Отмыла, пролечила. Живёт у меня рыжий красавец с тех пор. Ровно через год снова еду на работу — и опять та же история. Привожу нового котёнка на работу, дети смеются. После работы к ветеринару, котёнок здоров. Теперь у меня два красавца — рыжий и полосатенький. Прошло уже больше года, на днях выхожу — а у меня под машиной сидит чёрный комочек. Я его на работу, снова дети смеются надо мной. После работы к врачам. Маленькая девочка, сломана лапа. Лечу, выхаживаю. Теперь у меня три кота дома!

Девушка, 21 год. Самостоятельная, ответственная, живу с родителями. Есть младший брат. Разница семь лет. С самого детства его не люблю. С семи лет (после его рождения) я резко стала нужна только себе. За четвёрки в школе меня никогда не хвалили, за тройки строго наказывали. Когда не смогла поступить на бюджет, сказали, что я дура бестолковая (не хватило одного балла). Зато брат получил несколько троек в четверти, а его только пожурили и сказали постараться. За четвёрку купили мопед. Зависть!

Наверное, меня назовут плохой матерью, но я читаю дневник дочери. Да, я знаю, где она его прячет, и нет, мне не стыдно. Я не зачитываю то, что она пишет, перед подругами, не высмеиваю её, даже мужу ничего не говорю, после прочтения аккуратно кладу на место, стараясь всё оставить в том же виде, в каком и нашла. Зато я всегда знаю, что она чувствует, что её беспокоит, есть ли проблемы в школе, мне не приходится опасаться, что я чего-то упущу или не замечу тревожные звоночки. И таким образом я могу с помощью осторожных вопросов вывести её на нужный разговор и добиваюсь того, что она мне сама всё рассказывает. И уже вместе мы находим решения проблем.

Подругу бил отец, прямо, я бы даже сказала, избивал. Сейчас она хочет пойти к психологу, но мама ей запрещает, потому что у отца теперь высокая должность, и он известный в городе человек. Сошлись вроде на том, что найдет в другом городе и будет общаться онлайн, без фамилий. Только вот все и так в курсе. В школе об этом все знали: ученики, учителя. У подруги на руках постоянно были синяки, каждый год пропускала занятия, то сотрясение, то перелом. По подруге прямо видно, что она зашуганная. Чуть кто рядом крикнет — она уже бежит. В разговоре активно жестикулируешь — она дергается в сторону от тебя сразу. Соответственно, и в университете все понимали, и на работе у нее люди явно уже давно догадались. Секрет, о котором знают все, кто хоть день с подругой знаком.

Моя жизнь нестабильна, и меня это стало пугать. Родители молчат, пока всё хорошо. Но если что не так — тут же меня выгоняют из дома с ребёнком. Муж — ещё хуже. Он может ни с того ни с сего собрать вещи и уйти из дома, уехать в другой город, загреметь в КПЗ на несколько суток. Живёт как холостяк… И вроде бы работа у меня есть, и сын уже учится в школе, казалось бы, вещи собери и уйди от этих долбоёбов. Но я боюсь одна с сыном остаться. Я одна двоих не потяну, уже пыталась, не хватает денег. И с ними жить боюсь уже. Каждый день как на пороховой бочке…

Скоро вечер встречи выпускников, 15 лет. Одноклассники создали чат. И началось… Надо деньги, чтобы накрыть стол и купить школе подарок. В школе отношения между практически всеми одноклассниками были натянутыми, поэтому немудрено, что многие ребята отказались приходить, ссылаясь на разные причины. Классная руководительница давно переехала в другой город, пожелала всем удачи, в общем, откланялась. В чате тем временем давление стало нарастать: те, кто идут, стали требовать сдать деньги тех, кто не идет. Что-то на грани между поборами и вымогательством: "Можете не приходить, но деньги все равно сдавайте, проявите уважение, выразите благодарность". Друг за другом некоторые одноклассники начали выходить из чата. Вышла и я. В скором времени мне в личку посыпались сообщения: "Почему вышла? Почему не идешь на мероприятие? Деньги-то будешь высылать?" На мой отказ реакция превзошла все мои ожидания. Меня обозвали асоциальной женщиной, плохим психологом, потому что хороший обязательно был бы всем и всегда рад и, конечно же, вложил хорошую сумму в подарок. Было неприятно и даже мерзко… Тем более, что скрины из чата подоспели – там нас, вышедших из чата, облили словесными помоями. Это насколько не удалась жизнь, что даже спустя 15 лет некоторые так и норовят втянуть в конфликт, учинить скандал с чужими уже людьми. Прошлое прошло, нет смысла его бередить.

У мамы есть подруга. Они вместе учились в школе, потом в техникуме, а по окончании распределили их в разные города. Но связь они не потеряли, созванивались, ездили в гости друг к другу уже семьями. Когда мне было лет шесть, мама с моим отцом уже развелась, мы поехали к этой подружке в гости. Она жила с мужем, детей у них не было. И вот уходит она в ночную смену работать, оставляя нас с её мужем. Меня уложили спать, а мама с её мужем остались сидеть на кухне. Тут среди ночи я просыпаюсь и слышу шлепки. В силу своего возраста не поняла, что это были за шлепки. И только спустя годы я поняла, что в ту ночь муж маминой подруги изменил ей с лучшей подругой — моей мамой…