Детство

В детстве я была настолько неприхотливым ребёнком, что играла с… пуговицами. У бабушки была небольшая сумочка, почти полностью наполненная различными пуговицами. И когда мы с мамой приходили к ней в гости, мне давали эту сумку, я высыпала это богатство на ковёр и могла часами их рассматривать. Каких там только ни было: красивые с камушками, разноцветные, прозрачные, перламутровые, керамические. Одна запомнилась — зелёная с ёжиком)) До сих пор люблю пуговицы и всё думаю, куда та сумка пропала…

Дочка пришла из школы и рассказала, что у них новенькую девочку некоторые одноклассники дразнят безотцовщиной, потому что она неосторожно проболталась, что не знает своего отца. Я дочке объяснила, что папа девочки, наверное, умер до её рождения или когда она была совсем маленькой, потому она и не помнит его. И дразнить её за такое уж точно нельзя. А потом я вспомнила свои школьные годы. Конец 90-х, маленький городок, работы нет, у кого-то отцы просто не выдерживали трудностей и уходили из семьи, кто-то спивался, кто-то уезжал на заработки в крупные города и пропадал с концами. Те же, кто стремился обеспечить семье безбедный уровень жизни, трудились на нескольких работах, многие рано умирали из-за перенапряжения. И если бы хоть кто-то из учеников вякнул в сторону другого «безотцовщина», ему мигом начистили бы морду целой толпой. Да нам не могло и в голову прийти обозвать кого-то «безотцовщиной» — у нас половина учеников в школе росла без отцов.

Мне было четыре года, и я обожала цирк. Как-то раз мама купила нам с сестрой билет, один на двоих, так как детям до шести лет вход был свободный. Мы пришли, отстояли огромную очередь, и на входе нас не пропустили. У моей 16-летней сестры требовали документ, подтверждающий мой возраст. Очень долго она доказывала им, что мне всего четыре года, но страшная и злая тётка-контролёр не пустила нас. И я до сих пор помню, как мы вдвоём стояли в центре города возле таксофона. Сестра рыдала в трубку маме, я ревела рядом. Сестра держала в руке разорванный тёткой билет, шёл дождь, а забрать нас должен был отец только через два часа после завершения представления.

В детстве жили с мамой в классической петербургской коммуналке, а рядом, в соседней парадной, жил мой дедушка. Он тогда был уже на пенсии, но работал дворником, и у него был ключ от дворницкой, где был по сути склад инструментов и разного хлама. В этой дворницкой была кладовка — узкая комнатка длиной метра полтора с маленьким окошком под потолком, где дедушка разрешил мне обустроить "штаб". Сколько с ней связано воспоминаний! Мы постоянно играли там с подружками, прятались от мальчишек, обустраивали эту комнатушку, пару раз даже ночевали. Много проводили времени с дедушкой, он научил меня играть в домино и шахматы. Для меня это была отдушина, "своё" место, где я могла отдохнуть и спрятаться от вечно шумных соседей по коммуналке. Потом уже мы переехали в классический советский район, там у меня появилась отдельная комната, но такой атмосферы в ней уже не было.

Школьные годы выпали на 90-е, наша семья в это время эмигрировала. Мы неплохо жили, папа неплохо крутился, и мы жили не хуже других. Но помню, как моя мама могла часами меня ругать за потерянную хорошую ручку или немецкий ластик. Папа много чего привозил из Германии для школы. Помню, как в лютый мороз моя мама потащила меня с криками вечером обратно в школу, чтобы я искала ластик… Моя дочь в пятом классе. И мне так приятно, когда она выбирает школьные принадлежности для себя, именно то, что ей нравится. А потеряет что-либо — так насрать вообще.

Было в далёком детстве. Как-то прошёл у нас вал квартирных краж. Мне шесть лет. Мать оставляет одного с наказом к двери не подходить. Сижу, слышу, что кто-то скребётся. Я взял стул, поставил к глазку — никого. А скребут по замку. Сам не знаю, почему тогда не закричал. Взял запасной ключ и аккуратно вставил со своей стороны. Думал, так не откроют, но ключ начал выпадать, я его давил обратно. Не знаю, сколько времени прошло. Всё прекратилось. И у меня на ладони остался синяк. Потом рассказал родителям, но они не поверили.

В 6 лет потерялась на рынке. Стояла, смотрела на игрушки, а мама куда-то пошла, считая, что я иду за ней. Ряды бесконечных контейнеров с товарами, толпа, все куда-то идут и толкаются. И я, ребенок по колено, пытаюсь понять, где я и как выйти отсюда. Сначала стояла на месте, но прошло очень много времени, за мной никто не пришел. Меня уже начали спрашивать продавцы палатки, мол, где мама, предлагали чай (зима была), приглашали в контейнер. А я боялась, стояла на месте и не двигалась. Затем какая-то женщина куда-то позвонила, и пришел охранник. Он спрашивал, как зовут мою маму, как она выглядит и во что одета. Взял меня за руку и повел к выходу, мол, там ее перехватим. У выхода стояла охранная будка. Я пару часов (!) была там, играла с охранной овчаркой. И вот план сработал, мама просто выходила с рынка. Ее выцепили (буквально за капюшон поймав) и передали меня ей. Дядька охранник мою маман отчитал, мол, вы что, дамочка, ребенка на рынке оставили, а если чего? Мама на удивление была спокойна…