Детство

Самое яркое воспоминание из детства — это Олимпиада-80. Мне тогда было девять лет. Маме, как ценному специалисту, от профсоюза выделили два билета на соревнования по волейболу. Добирались мы на поезде, и получилось так: трое суток в дороге туда, три дня там и ещё трое суток — обратно. Для меня это была первая долгая поездка, всё было в новинку и всё интересно. Но особенно поразила Москва: просторная, высокая, красивая; метро вообще казалось чем-то фантастическим. Больше всего удивило изобилие: любые продукты можно было купить, даже заграничные. Я из той поездки привезла стеклянную бутылочку из-под «Фанты» как сувенир. После нашего маленького городка в Сибири столица показалась городом с другой планеты. Сходили мы тогда на два матча: Болгария — Италия и СССР — Куба, они были в один день. После возвращения домой я 1 сентября перед всем классом рассказывала, как мы ездили на Олимпиаду — попасть на неё было почти невозможно, как в космос. А родители отдали меня в секцию по волейболу, которым я потом занималась до конца студенчества.

В детстве жили с мамой в классической петербургской коммуналке, а рядом, в соседней парадной, жил мой дедушка. Он тогда был уже на пенсии, но работал дворником, и у него был ключ от дворницкой, где был по сути склад инструментов и разного хлама. В этой дворницкой была кладовка — узкая комнатка длиной метра полтора с маленьким окошком под потолком, где дедушка разрешил мне обустроить "штаб". Сколько с ней связано воспоминаний! Мы постоянно играли там с подружками, прятались от мальчишек, обустраивали эту комнатушку, пару раз даже ночевали. Много проводили времени с дедушкой, он научил меня играть в домино и шахматы. Для меня это была отдушина, "своё" место, где я могла отдохнуть и спрятаться от вечно шумных соседей по коммуналке. Потом уже мы переехали в классический советский район, там у меня появилась отдельная комната, но такой атмосферы в ней уже не было.

В детстве я была настолько неприхотливым ребёнком, что играла с… пуговицами. У бабушки была небольшая сумочка, почти полностью наполненная различными пуговицами. И когда мы с мамой приходили к ней в гости, мне давали эту сумку, я высыпала это богатство на ковёр и могла часами их рассматривать. Каких там только ни было: красивые с камушками, разноцветные, прозрачные, перламутровые, керамические. Одна запомнилась — зелёная с ёжиком)) До сих пор люблю пуговицы и всё думаю, куда та сумка пропала…

Муж рассказывал. В детстве он каждое лето ездил в деревню к дедушке и бабушке, их дом упирался в небольшой лесочек. Ему разрешали там собирать грибы и ягоды с условием, что далеко он уходить не будет, чтобы их дом был виден. Приехал он на летние каникулы после первого класса, пошёл в лес. Грибы росли хорошо после дождя, он и увлекся, зашёл глубже в лес. Когда поднялся и огляделся, дома не увидел, но не испугался — в том лесочке и слепой не заблудится. Только хотел пойти домой, как услышал хруст веток, обернулся и остолбенел: из кустов на него смотрел самый настоящий лесной царь! Зелёное лицо, борода, в бороде ветки и трава. Вроде ещё рычал или мычал. Муж бросился бежать, корзинку с грибами бросил. Дома бабушка его отругала, что далеко отошёл, в его рассказ не поверила. А когда муж, немного осмелев, вышел во двор, он увидел, что там его корзинка с грибами стоит. А бабушка смеялась, что это его «лесной царь» принёс — соседский немой старичок, алкаш, но безобидный. Наверное, набрался и уснул на мху, потому и был зелёный с ветками в бороде.

В 6 лет потерялась на рынке. Стояла, смотрела на игрушки, а мама куда-то пошла, считая, что я иду за ней. Ряды бесконечных контейнеров с товарами, толпа, все куда-то идут и толкаются. И я, ребенок по колено, пытаюсь понять, где я и как выйти отсюда. Сначала стояла на месте, но прошло очень много времени, за мной никто не пришел. Меня уже начали спрашивать продавцы палатки, мол, где мама, предлагали чай (зима была), приглашали в контейнер. А я боялась, стояла на месте и не двигалась. Затем какая-то женщина куда-то позвонила, и пришел охранник. Он спрашивал, как зовут мою маму, как она выглядит и во что одета. Взял меня за руку и повел к выходу, мол, там ее перехватим. У выхода стояла охранная будка. Я пару часов (!) была там, играла с охранной овчаркой. И вот план сработал, мама просто выходила с рынка. Ее выцепили (буквально за капюшон поймав) и передали меня ей. Дядька охранник мою маман отчитал, мол, вы что, дамочка, ребенка на рынке оставили, а если чего? Мама на удивление была спокойна…

Мне было четыре года, и я обожала цирк. Как-то раз мама купила нам с сестрой билет, один на двоих, так как детям до шести лет вход был свободный. Мы пришли, отстояли огромную очередь, и на входе нас не пропустили. У моей 16-летней сестры требовали документ, подтверждающий мой возраст. Очень долго она доказывала им, что мне всего четыре года, но страшная и злая тётка-контролёр не пустила нас. И я до сих пор помню, как мы вдвоём стояли в центре города возле таксофона. Сестра рыдала в трубку маме, я ревела рядом. Сестра держала в руке разорванный тёткой билет, шёл дождь, а забрать нас должен был отец только через два часа после завершения представления.

Дочка пришла из школы и рассказала, что у них новенькую девочку некоторые одноклассники дразнят безотцовщиной, потому что она неосторожно проболталась, что не знает своего отца. Я дочке объяснила, что папа девочки, наверное, умер до её рождения или когда она была совсем маленькой, потому она и не помнит его. И дразнить её за такое уж точно нельзя. А потом я вспомнила свои школьные годы. Конец 90-х, маленький городок, работы нет, у кого-то отцы просто не выдерживали трудностей и уходили из семьи, кто-то спивался, кто-то уезжал на заработки в крупные города и пропадал с концами. Те же, кто стремился обеспечить семье безбедный уровень жизни, трудились на нескольких работах, многие рано умирали из-за перенапряжения. И если бы хоть кто-то из учеников вякнул в сторону другого «безотцовщина», ему мигом начистили бы морду целой толпой. Да нам не могло и в голову прийти обозвать кого-то «безотцовщиной» — у нас половина учеников в школе росла без отцов.

Когда мне было 4,5 года, а сестре — 1,5, родители сняли на отпуск домик в деревне. Однажды ночью они оставили нас одних и отправились с друзьями купаться на речку. Прекрасно помню, как проснулась: кругом темнота, а родителей нигде нет! Я не придумала ничего лучше, чем разбудить сестрёнку и помочь ей вылезти из кроватки, чтобы вместе орать! Помню этот ужас, охвативший меня тогда, и этот крик в ночи... Но дом находился на отшибе, и нас никто не слышал. По словам родителей, они, накупавшись, возвращаются и слышат дикий нечеловеческий рёв! Они не могли представить, что их маленькие девочки могут так орать. Охрипли мы после этого надолго. Люлей мне тогда отвесили знатных — до сих пор не понимаю, за что. Сейчас я — мать двоих детей, и никогда, ни на секунду не оставляю их одних. Боюсь представить, что могло случиться с нами в ту страшную ночь в пустом домике на краю деревни…

Всё детство бесило, что родители заставляли дружить с детьми своих друзей. Мы все жили рядом, кое-кто из них был в моей компании, но другие по тем или иным причинам в нашу компанию не вписывались. Кто-то слишком мелкий — с ними нам неинтересно было возиться, кто-то, наоборот, старше — они нас считали мелюзгой. Но родители этого упорно не хотели понимать и на совместных праздниках постоянно нас стравливали. Мы пытались разбиться на группы по интересам, но родители то и дело принимались нас сгонять в общее стадо: «Поиграйте с малышами. Вы чего там кучкуетесь одни? Идите к другим детям». Соответственно, праздник превращался в детскую склоку, и получали все. Мы — за то, что гоняем мелочь, старшие — за то, что гоняют нас. Уже став старше, я спрашивала у родителей, какой смысл был в этих стравливаниях, неужели им так нравилось смотреть на детские стычки? А родители обижаются: «А мы тут при чём? Мы же хотели семьями дружить, это вы почему-то дрались».

Росла довольно непросвещённым ребёнком в плане секса. И лет в 9-10 таки наконец узнала о сексе! Эту тайну мне раскрыла подружка, которой, в свою очередь, рассказали два старших брата. Для тех, кто не в курсе, рассказываю: Заниматься любовью — парень целует девушке только лицо. Заниматься сексом — парень целует девушку от макушки до живота. Трахаться (самая высокая ступень отношений) — ПОД ОДЕЯЛОМ(!) парень целует её от макушки до пяток. Все три этапа производятся исключительно в кровати при погашенном свете! Эх... молодость.

Школьные годы выпали на 90-е, наша семья в это время эмигрировала. Мы неплохо жили, папа неплохо крутился, и мы жили не хуже других. Но помню, как моя мама могла часами меня ругать за потерянную хорошую ручку или немецкий ластик. Папа много чего привозил из Германии для школы. Помню, как в лютый мороз моя мама потащила меня с криками вечером обратно в школу, чтобы я искала ластик… Моя дочь в пятом классе. И мне так приятно, когда она выбирает школьные принадлежности для себя, именно то, что ей нравится. А потеряет что-либо — так насрать вообще.

Середина 90-х, в стране смута. Похоронили отца, старший брат в армии. На заводах задерживают месяцами зарплату. Я, двенадцатилетняя, и мама пошли в выходной торговать на рынке овощами. Целый день на жаре, а в конце вечера, сняв всю кассу, всех рассчитывают копейками. Я спрятала бумажную купюру с выручки в носок под пятку — ведь никто не будет обыскивать ребёнка. Не стыдно.

Очень хочу уволиться с работы, но боюсь. Боюсь расстроить маму. Это она помогла мне устроиться, и в принципе работа хорошо оплачивается, престижная. Но она меня угнетает. Не нравится мне этот вид деятельности. Встаю каждое утро с испорченным настроением из-за того, что надо идти на нелюбимую работу, из-за того, что начальство — хамло. Все мои разговоры с мамой о том, чем бы я хотела заниматься, заканчиваются скандалом и словами, что я должна держаться за эту работу.

Мне пять лет, мы на даче. Дед нажирается до бубеней и берёт меня с собой за добавкой в магазин за пару км. Зарядившись пойлом, падает прямо на автобусной остановке и не может встать. Две сердобольные женщины оставляют меня в магазине, куда за мной приезжает милиция на УАЗике. Помню, как мы катаемся с ними по окрестностям, смеёмся. Потом они привозят меня хз куда, в больницу или детский дом. Там я сидела с тётенькой, рассказывала ей анекдоты, даже назвала свой номер телефона. Ещё меня уложили спать с весёлыми девчонками, которые рассказывали друг другу страшилки. Это тоже было классно. А поздно ночью за мной уже приехала мама. Деду дали дрозда, конечно, но бухать он не перестал. Конечно, ничего хорошего, но это очень яркое воспоминание моего детства.

Когда мне было лет шесть, бабуля никак не хотела заводить мне котёночка. И вот к нам приехали родственники, естественно, застолье, песни. Бабушка ушла в сельский туалет, я тихонечко за ней, переспросила её ещё раз, не хочет ли она взять котёночка, она ответила твёрдое "нет". Я, недолго думая, закрыла её снаружи на замок и ушла к родственникам петь и плясать. Через полчаса врывается в дом разъярённая бабуля, вся в пыли в траве. Оказывается, она выломала дверь изнутри… В тот вечер моя попа была красная.

Было в далёком детстве. Как-то прошёл у нас вал квартирных краж. Мне шесть лет. Мать оставляет одного с наказом к двери не подходить. Сижу, слышу, что кто-то скребётся. Я взял стул, поставил к глазку — никого. А скребут по замку. Сам не знаю, почему тогда не закричал. Взял запасной ключ и аккуратно вставил со своей стороны. Думал, так не откроют, но ключ начал выпадать, я его давил обратно. Не знаю, сколько времени прошло. Всё прекратилось. И у меня на ладони остался синяк. Потом рассказал родителям, но они не поверили.