Страшное

После первых родов меня зашивали без обезболивания. Полтора суток схваток, потом разрывы, кровь, швы. Через сутки я обоссалась, потому что не чувствовала позывов. Было так стыдно, что хотелось провалиться. Хорошо, что в палате я была одна — я сама помыла пол, хоть и еле стояла от боли. Поднялась температура, кололи антибиотики, говорили: "Всё нормально". Со второй беременностью было ещё хуже — ежедневные приступы до почти потери сознания: рвота, холодный пот, темнота в глазах. Почти не ела, шла рожать с тем же весом, что и до беременности. В итоге — ЭКС. Через сутки еле встала, живот как один сплошной синяк. Все говорят: "Ты сильная". А я просто выжила. И самое страшное — после всего этого я всё равно сомневаюсь, имею ли право жаловаться.

В 13 лет, в день моего рождения, меня покусала немецкая овчарка по кличке Акбар — любимый папин пёс. Он жил в деревне с бабушкой. Знал и слушал команды. В тот день родители были в Москве, а я хотела сфотографировать его. Как только навела на него фотик, он напряжённо направился в мою сторону и начал кусать за ляжки. Бабушка меня спасла. Папе ничего не сказали. Раны сыпали стрептоцидом и заматывали простынями. Он лаял на меня до конца своих дней. А рваные шрамы до сих пор — как память о нём.

Начала встречаться с замечательным парнем. Довольно долгое время, почти год, всё было просто замечательно. Вместе не жили, но планировали снять квартиру. А потом его поведение резко изменилось. Сначала он пропал, не отвечал на звонки и сообщения. Через 4 дня объявился как ни в чём не бывало — с сальными волосами, взъерошенный, с диким взглядом, в той же одежде, что я его видела в последний раз, нёс какой-то бред. Заподозрила что-то неладное, спросила его лучшего друга, что происходит. Друг ответил: «Период такой у него сейчас». Надавила — сознался, что у парня шизофрения. Все его знакомые знали, и ни одна собака мне об этом даже не намекнула. Я могла связать свою жизнь с душевнобольным человеком, а если бы он скрывал это и дальше, то страшно подумать, что я бы от него ещё и родила.

Три года назад с виду приличный парень заразил мою двоюродную сестру ВИЧ-инфекцией. И сейчас она сгорает в реанимации, все внутренние органы повреждены, включая мозг, конечности не слушаются. А я не могу поверить! Ну как так, почему, за что? У неё пятилетняя доча. И так быстро…

Мне хочется плакать и рвать на себе волосы, когда слышу вопрос: «Как тебе удалось так похудеть? На целых 37 кг!» Ценой своего здоровья и жизни. У меня булимия, и желудок в буквальном смысле слова сжирает себя сам. Бывает, в день всаживаю себе по 4 обезболивающих укола, иначе жить с такой болью невозможно. Мне страшно, у меня маленький ребёнок и так хочется жить нормально, мама плачет. Я подыхаю. Стоило быть аккуратнее с диетами…