Одиночество

Развелись с мужем. Без какой-то конкретной причины, без скандала. Просто поняли, что мы одиночки и всегда были одиночками: всегда раздельный бюджет, разные компании, разные увлечения, раздельный отпуск, у каждого свой график. Никто никому не изменял (ну я ему точно нет), просто держали дистанцию, как и со всеми другими людьми. За 11 лет брака у нас даже не появилось номеров родителей друг друга — настолько нам обоим было пофиг на вот эти семейные связи. Когда мы выросли из убеждений, что нам нужно держаться вместе из-за одинаковых вкусов в музыке, фильмах и сексе, то сразу разошлись. Уже три года живём свободно, ни с кем не встречаемся, иногда тусуемся вместе на какой-нибудь выставке без нарушения личных границ и, тем более, без былой близости. Я больше не сунусь ни с кем в отношения, хотя мне ни разу не было плохо в прошлых. Мне просто никто не нужен. Любить я умею — люблю родителей, сестру, своего кота. И мужа тоже любила, до сих пор к нему неравнодушна. Но делить с кем-то быт, жить в одном доме, тратить время, обсуждать что-то я больше не хочу. Одиночество — это круто.

Я жил с родителями до 30. Это была жизнь на нервах: дома постоянно искал подвох, ждал, что сейчас опять что-то будет не так. Мать регулярно устраивала «обыски» — просто рылась в моих вещах. С детства слышал, что я никчёмный, что без неё пропаду. Я вырос тихим, нерешительным, старался быть удобным. Мне было стыдно буквально за всё: идти по улице, заходить в магазин, просто быть собой. В тридцать я уехал в другой город. Стало легче: реже общались, я начал чувствовать, что сам отвечаю за свою жизнь. Но жить я толком не умел, людей избегал, везде видел подвох. Через несколько лет вернулся в свой город, стал жить отдельно. И постепенно всё вернулось: если прихожу к родителям, меня снова накрывают те же чувства — стыд, тревога, желание уйти. Недавно сидел у них на кухне, слушал, как мать между делом снова говорит со мной тем же тоном, и поймал себя на мысли, что внутри всё сжалось так же, как раньше. Я просто молча допил чай и ушёл.

Больше десяти лет работаю дома на себя: без начальства и без коллег, в одиночку. И мне так хочется с кем-то пообщаться. Иногда выезжаю в город, катаюсь на автобусе просто так — посмотреть и послушать людей, потолкаться в очереди. Хожу на рынок, радуюсь людям! Потом я снова устаю от них и опять живу спокойно дома с собакой и котами. Выхожу лишь погулять вокруг дома, катаюсь на велике. Странная жизнь. Наверное, мне не хватает ребёнка для социализации)) Или думаю устроиться на пару дней в неделю куда-то — просто чтобы пообщаться с людьми.

Я очень сильно боюсь старости. Боюсь, что буду одной из тех бабушек, которые просят помощи у посторонних людей. Боюсь, что не будет хватать денег даже на молоко с хлебом. Безумно боюсь одиночества. Что дети от меня отвернутся, что муж раньше меня умрёт и я никому не буду нужна. И что никто, когда я умру, про меня не вспомнит.

У меня был такой период в жизни, когда я практически целыми днями молчала. Примерно полгода жила в таком режиме. Работала я онлайн из дома, вопросы решались в переписках, созвонов не было. Жила я одна, дома была лишь кошка, которая тоже молчунья. Могла ей сказать «кушать» или «моя хорошая». С родителями в тот период было странно: у обоих своя жизнь, все занятые, не до встреч или болтовни. Друзей у меня не было: переехав в новый город, никого еще не встретила, а те знакомые, что были в прошлом городе — просто знакомые, которые в целом-то и не нуждались в общении, иногда с кем-то списывались, не более. Пользовалась кассами самообслуживания, в ПВЗ показал код — забрал всё и ушёл, в автобусах — валидаторы. Я просто замолчала. Потом было трудно начинать общаться с кем-то, словно приходилось заново учиться. Молчать было странно, но разгрузило знатно. Я не переживала, отступала тревожность — хотя бы за то, что скажу что-то не так или не то, что кто-то обидится или не поймет, не надо что-то доказывать или оправдываться. Сейчас живу с очень шумным мужем. И мне порой хочется снова замолчать. Но он не поймет этого, обидится или подумает, что я так «дуюсь», хотя мне норм просто не говорить.

Иногда думаю о том, что отдала бы свою жизнь в счёт другой. У меня не складывается счастливая жизнь: нет семьи, нет любимого, нет своих детей. И когда я слышу или читаю, что какая-то женщина погибла и у неё остались дети, я думаю: эх, можно было бы поменяться местами — я бы поменялась. Знаю, что нельзя так думать, но вот так получается.