Семья

Разругались с матерью, так как она хотела, чтобы я приехала к болеющей сестре после ночной смены, сварганила ей обед и ужин и дала лекарства. Я приехала, сварганила, лекарством напоила, уехала домой спать. А вечером получила претензию: почему я не осталась с ней подольше, не поиграла, не посидела, уроки с ней не сделала? Меня аж взгребло: я, блин, прискакала после ночной смены, а ещё и должна взрослую 10-летнюю сестру развлекать да в школьных делах её разбираться? Вспомнила своё детство. Если я болела и оставалась дома, мама перед уходом поручала мне список дел: сходи в магазин, помой посуду и полы, картошку к ужину почисти, постирай то и то… Никто мне завтраки не готовил, лекарства я сама пила, уроки да и школа в целом были только моей зоной ответственности. Учусь хорошо — значит, мама довольна; плохо — прилетало и по первое число, и по второе тоже. Вообще не было такого, чтоб она домашку со мной хоть раз делала. В школу с первого класса ходила сама, пешочком, а с переходом в новую школу ездила за 25 км от дома на маршрутке. Везде сама и везде одна — на первое сентября с третьего класса ко мне уже никто не ходил. До школы я тоже одна была: мама работала, так что с четырёх лет меня оставляли в закрытой квартире, и я развлекала себя сама. О том, что мама со мной играла, воспоминания очень смутные и очень ранние, пока я ещё совсем мелкой была. И нет, я понимаю, что у моей сестры другая ситуация: у неё есть папа, семья полноценная, бабушка на подхвате, в школу и из школы её водят за руку. Но так обидно, что сейчас я, даже будучи взрослой, не получаю от матери никакой теплоты и внимания. Понятно, что я уже выросла, но предъявлять мне, что после тяжёлой ночной смены я не хочу изображать из себя нянечку-гувернантку… Мама говорит, что сестра ещё маленькая, ей всего 10 лет. Но, как бы странно ни звучало, мне в её возрасте было УЖЕ 10 лет.

Я всю жизнь любила папу больше, чем маму. Мой папочка — самый лучший, понимающий, скромный. Знал своё дело, был надёжный, спокойный, добрый. Помогал с уроками, учил готовить, рыбачить. Всегда тонко чувствовал моё настроение, видел, когда что-то со мной не так, подмечал каждую мелочь, умел деликатно расспросить и тактично дать совет или сказать, почему я не права. А мама — взбалмошная и эгоистичная. Любила только себя. Сколько помню, всегда покупала себе самое дорогое: вещи, духи, туфли. У меня была заплатка на зимнем пуховике, а она купила дорогое пальто, потому что "я работаю, заслужила, я молодая красивая женщина, а ты девчонка, успеешь ещё накупить шмоток, да и зачем тебе новое, ты вещи носишь кое-как". Готовила мама из рук вон плохо, на мои проблемы не обращала особого внимания. Как-то я пришла из школы зарёванная, а она даже не спросила, что случилось. При этом папа её обожал! Он долго её добивался, ухаживал, был на седьмом небе от счастья, когда она согласилась выйти за него. Всё делал для неё. А она не ценила как будто. Хотя говорила, что папу любит. Но всегда любила пофлиртовать с другими (я это видела, когда мы вместе поехали на море к её подруге, там она и в кино ходила с разными компаниями, и на пляж. Я не утверждаю, что она изменяла папе, но ей нравилось, когда на неё смотрят с обожанием, нравилось быть в кругу восхищенных мужчин). Она всегда была далека от моих проблем и забот. Всем в основном занимался папа. Ясное дело, что я его любила больше. Он помог мне с поступлением в университет мечты, подбрасывал денег, учил водить машину. Когда я купила свою первую квартиру, часть денег подарил папа, с ремонтом помог. Мама пришла и только сказала, что квартира как нора или пещера. Папа поддерживал, когда меня предала подруга (мама даже имени её не знала), когда у меня умер хороший друг (мама сказала только: "Как нелепо умирать в 22 года"), когда меня уволили с работы несправедливо (мама даже не знала, что я работаю в этом месте). Папа первым узнал о том, что мне сделали предложение, помогал со свадебными хлопотами, а мама раскритиковала моё платье и очень гордилась, что на свадьбе она выглядит в два раза моложе и в три раза стройнее матери жениха. Папа первым узнал, что у меня будет малыш, но побыть в роли дедушки так и не успел. Умер мгновенно, сердце. Горе моё было безмерным. Родился мальчик, я хотела дать ему папино имя, редкое и такое родное, но поняла, что не смогу: буду сравнивать сына и папу, вспоминать и плакать каждый раз. Мама жива до сих пор. Может не звонить мне месяцами, занимается собой, нашла нового мужчину моложе себя и как будто забыла папу.

Сестра со мной не разговаривает уже год. Но она сама выбрала помогать бабушке, возить её в клиники, оплачивать лечение. Я люблю бабушку, благодарна за то, что подняла нас одна, но я выбрала карьеру. Мне тоже непросто: новая страна, новый язык. Но на все мои победы и успехи сестра только с негативом, только про больницы, цены. Я выгляжу на 10 лет моложе, строю отношения, путешествую. Я выбрала себя, а не сидеть у реанимации.

Вот говорят женщинам: знали, за кого выходили. А у меня до свадьбы всё было: разговоры, подарки, эмоции. Три года встречались, он хотел детей. Родились близнецы, обе с серьёзными проблемами. Хотя не пью, не курю, все обследования прошла. И муж понял, что я теперь заложник. Теперь на всё: неинтересно, замолчи. Вообще на всё, кроме быта и его проблем. Обслуживай и не отсвечивай. А на любое моё слово: разводись, только получите копейку. У него бизнес. А я библиотекарь и сама не вывезу их никак.

Развелись с мужем, и после развода он старался меня побольнее уколоть. Наш общий сын остался со мной, ему было тогда 14 лет. Муж переводил алименты, а еще постоянно покупал ему дорогие вещи — новые кроссовки за 16 тысяч, игровой ноутбук за страшно сказать сколько денег, дорогой телефон. И все это с комментариями, что маманя-то такое тебе не может позволить, не то что я, вот и думай, сынок, кто тебя больше любит. И каждый раз со встреч с отцом сын возвращался возбужденный и злой, называл меня нищебродкой и предлагал начать работать нормально. А я учитель в школе. Работу свою люблю, у меня хорошая школа, хорошие условия, хорошие ученики, есть репетиторство. Да, я не могу позволить многое, но и не прям нуждаюсь и нищенствую. С мужем развелись, потому что он начал изменять, оскорблял меня. Я терпела какое-то время, надеясь, что он одумается, что надо сохранить семью, но в один прекрасный день решила, что хватит с меня. Муж был в шоке, думал, что я не дам ему отпор. Но я и адвоката нашла хорошего, чтобы разделить имущество, и не плакала даже, не унижалась, как было раньше. Просто перегорело, резко пришло осознание, что я не хочу, чтобы об меня вытирали ноги. Его это задело. И он стал мстить через сына. И если сын раньше всегда был на моей стороне (заступался, когда отец унижал при нем, утешал, говорил, что я лучшая мама), то потом деньги отца и его слова сделали свое дело. Более того, муж взял и сказал сыну, что развелся со мной, потому что я жирная, закомплексованная, фригидная идиотка. Так и сказал, ребенку сказать такое про мать! Я не унижала образ отца в глазах сына, по крайней мере. После очередного скандала и упреков со стороны сына в моей никчемности я отправила его пожить к отцу. Сказала, что если папа такой хороший, то поживи с ним и посмотри на него с другой стороны. Сын и уехал к нему. Естественно, бывший муж был не рад. У него новая жизнь, новая молодая девочка, которой не нужен был прицеп в виде подростка. Бывший муж отправлял сына ко мне, но спасибо сыну, он не поехал, а выдал отцу все, что тот про меня говорил, сказал, что с такой матерью ему ничего не светит, не то чтобы с таким классным папкой! И муж оставил его у себя. Девушка от него быстро свалила, потому что не ужилась с сыном в одном пространстве. Сын наотрез отказался возвращаться ко мне. И папаша не придумал ничего лучше, чем… снять сыну квартиру! Ему было без малого 16 лет, он ребенок! Я была в шоке. Но, похоже, всех все устроило. К бывшему вернулась девушка. Сын жил отдельно, папаня подкидывал ему деньги, забивал холодильник чем-то. Сын перестал ходить в школу, напрогуливал. Меня вызывали в школу, но я говорила, что сын живет с отцом, все вопросы к нему. Хотела юридически оформить проживание сына у бывшего мужа, но не успела. Сын сам вернулся домой. Отец перестал платить за квартиру, велел сыну работать самому! Перестал давать деньги и вообще потерял к нему интерес, потому что его девушка забеременела и ему стало не до старшего сына. А у меня и к сыну перегорело. Он, конечно, извинялся, но я вижу, что это не искренне, а потому что ему некуда идти больше. Отцу он не нужен, меня он не уважает, как и раньше. Сейчас учится в школе, со мной почти не разговаривает, сидит в своей комнате. С отцом не общается, все подарки закончились, только официальные алименты. Я понимаю, что, наверное, глупо обижаться на сына, потому что он сам глупый. Но считаю, что он меня тоже предал и променял на деньги. Хочу, чтобы он вырос и ушел строить свою жизнь.

Дочь-подросток задолбала придирками: всё ей не так, я мало ей даю, не покупаю ничего, что она просит, жадничаю, на карманные расходы даю копейки. Не понимает, что я ращу её одна, что отец бросил и забил, что я столько делаю для неё, иду на большие жертвы. Например, работаю на нелюбимой, но хорошо оплачиваемой работе, от которой меня мутит. Но у нас ипотека, которую я выплачиваю уже много лет. Я бы сама жила иначе, мне не надо много денег для счастья. А так мы каждое лето ездим на море в хороший отель, у дочки есть репетитор, здоровое питание, я покупаю нужные вещи в рамках разумного. Не куплю ей дорогую косметику, обувь, не даю деньги на маникюр и ресницы, потому что в 15 лет считаю это лишним. Надоели упрёки, и я психанула, сказала, что всё, с этого дня я выполняю только то, что должна в рамках обязанностей. Одежда есть — новую не куплю. Телефон будет старый, пока не сломается, а если и куплю, то с рук и самую простую звонилку. Никаких репетиторов и карманных расходов, которыми она недовольна. Никаких кафе — еда есть всегда дома, голодная — поест суп. А не хочет мыть посуду и полы, принимать участие в быту — тогда и вайфай закончится тут же, и меня вообще ни о чём нельзя будет попросить. Месяц такой терапии, и вот у меня шёлковый подросток. А я ведь ходила к психологу, искала разные методы и постоянные разговоры, разговоры, разговоры… А оказалось, что старый добрый шантаж работает куда лучше.

Если моему мужу не нравилась какая-то вещь, то он никогда не говорил прямо. Он просто молчком, исподтишка или «нечаянно» её портил. Так в абсолютную негодность у нас пришёл диван, который служит людям по 20 лет. Встал вопрос о покупке нового. И он мне заявляет, что диван он желает непременно белый. А у нас дети дошкольного возраста. Белый диван и дня не простоит. Ну дальше понятно, что было, да? Не даёшь мальчику купить белый диван — будешь сидеть на испорченном. Столько лет в упор не видела козла.

У меня хороший, ответственный муж. Мне с ним всегда было весело, пока по глупости своей не поинтересовалась у него о детях. Он планирует их завести, но воспитывать хочет в основном сам, дескать, я не смогу, потому что не доводилось с детьми иметь дело. И я социально неподготовленная, по его мнению. И если ему что-то не понравится, он их заберет, и я отправлюсь к папочке с мамочкой.

В школе была отличницей, поступила в престижный вуз, учиться сложно. И вот первая сессия, первые тройки. И тут я вспомнила бабушкиного брата, одинокого старика. Он всегда, когда у меня были плохие оценки, ласково называл двоечницей и приносил вкусные шоколадки. Очень сильно захотелось позвонить ему, но со слезами осознала, что мы похоронили его 3 месяца назад.

Моя сестренка родилась в 2005 году, я в 94-м. У меня телефон появился в мои 10 лет — это была какая-то кнопочная раскладушка, с которой я носилась по двору и считала, что я просто самая модная чикуля! Сестре первый смартфон вложили в руки в 2010 году, то есть ей было 5 лет. На 14 лет мы все (родители, я) решили подарить ей крутой телефон — айфончик. Кажется, это был 11, как раз новинка. Вот мы все складываемся и покупаем ей беленькое чудо. Дарим. Сестра открывает коробку и начинает рыдать. Я подумала, она так сильно растрогалась, что разрыдалась, обнимаю ее. Она меня отталкивает: «Ты дура, что ли?» Я в недоумении, а она мне: «Я хотела черный». Моя реакция напугала всех. У меня начался просто истерический смех. Я ржала с абсурдности ситуации, вспоминая, что я такими слезами обливалась, когда звонила своему папе со стационарного телефона в больнице и сообщала ему, что свой крутой телефончик уронила в больничный сральник. А телефону был всего год! Сестре, конечно, никто ничего не сказал. Лишь плечами пожали, мол, ну такая вот она эмоциональная. Я бы хотела дать ей леща, но у нас в семье так не принято. К сожалению.